— О, я знаю, как с ним справиться, — с озорной ухмылкой заявил Кит. — Дадим ему снотворного, пару таблеток мандракса. Как думаешь, он успокоится и заснет?
— Идея неплохая, — с сомнением проговорил я.
Кит подержал ничего не понимающей собаке пасть, пока я скармливал ей пару таблеток. Мы немного подождали. Спустя десять минут Цезарь попытался выйти из гаража, но спотыкался и запинался, словно Чарли Чаплин. Кое-как он все-таки сумел выбраться на аллею за домом. Он был настолько одурманен, что несколько раз крепко ударился головой о стену, и я забеспокоился, как бы оп нечаянно не поранился до смерти.
Кит вышел из гаража, чуть не умирая от смеха.
— Ох, вот потеха! — хохотал он. — Потрясающе! Может, нам и Йорки накормить?
Внезапно мы услышали шумный всплеск. Бедняга Цезарь свалился в ров. Кит рассмеялся так, что слезы брызнули из глаз. Однако я встревожился.
— Это уже не смешно, Кит. Бедный пес может утонуть.
— Ну так прыгни туда и спаси его, если это тебя так беспокоит.
— Прыгать будешь ты, ибо это все случилось по твоей вине.
Мы подошли к берегу рва. Но ночь была темной, безлунной, и видно почти ничего не было. Мы могли только слышать, как барахтается несчастное животное. Через несколько минут раздался еще один звук, похожий на царапанье когтей, словно пес пытался выбраться на берег.
Кит сходил за фонарем, и вскоре мы осветили лучом отчаянно барахтающегося пса.
— Сюда, Цезарь, сюда, мой мальчик! — Я звал его и свистел, но он никак не мог вскарабкаться на берег и все время соскальзывал обратно в воду.
У берега лежал толстый слой мутной грязи, мешавший мне подойти поближе и вытащить его.
Я уже обеспокоился всерьез, потому что понимал, что силы у собаки рано или поздно кончатся и долго он так не продержится. Тогда я быстро сбегал к гаражу, взял там старую бельевую веревку и обвязал один конец вокруг пояса, а другой отдал Киту.
Затем я начал спускаться по крутому берегу вниз к воде, опасаясь, как бы не наступить на еще одно семейство водяных крыс. Кит смотрел на меня и просто бился в истерике.
— Эй, Анита, — заливался он, — иди, глянь, как доберман плавает в нашем рву. И Тони тоже собирается поплавать!
Я уже по пояс погрузился в грязную вонючую воду, и для меня ситуация совершенно перестала быть забавной. Бедный обожравшийся таблеток пес, казалось, никак не мог понять, что же с ним случилось, и отчаянно пытался плыть, выписывая круги по рву, в то время как я безуспешно пытался его поймать каждый раз, когда он проплывал поблизости. С третьей попытки мне удалось ухватить его за шкирку, и я притянул его к себе.
— О’кей, Кит, тащи нас, — крикнул я.
Однако ногами я уже крепко увяз в иле, и в какой то момент мне даже показалось, что мы с собакой так и завязнем здесь. Тем не менее в конце концов Кит крепко приналег на веревку, и мы, грязные и вонючие, измазанные илом, выползли на траву.
— Просто фантастика! — хохотал Кит. — Завтра обязательно повторим!