Дэвид Скотт Мастейн: автобиография в стиле хэви-метал стр.161

Неизбежная вспышка молнии появилась спустя несколько дней после благворительного концерта, когда я взял свою гитару и начал немного играть и думать о том, как мне нравилось выступать на сцене, исполняя свою музыку. Чем больше я думал об этом, тем больше мне хотелось вернуть это ощущение. Это было не простой задачей. Моя отставка была не меньшим вопросом. Я не просто потихоньку ушел с обещанием вернуться, когда мне станет лучше. Ох, нет. Я ушел с концами. И потому что хотел уйти честно, я обзвонил многих людей, у которых получал одобрение контрактов и рассказал им о своих намерениях. Мне не следовало этого делать. Я мог просто оставить все оборудование и позволить деньгам продолжать медленно струиться. Но я этого не сделал. Вместо этого я продал тонны оборудования, чтобы погасить свои долги. Я не хотел быть одним из тех музыкантов, которые оставляют поставщиков с носом. У меня были люди, которые отправили для меня эти вещи и которые верили в меня: компании, занимающиеся светом и звуком. Теперь всего этого не было, поэтому, когда я решил отказаться от выхода на пенсию, я практически все начинал с нуля.

К счастью, так как я не уничтожил ни одно из этих отношений, у меня не было недостатка в компаниях, которые хотели бы поддержать мое возвращение. Довольно скоро у меня было все оборудование, которое мне требовалось, горсть новых сделок и репетиционная точка в Фениксе.

Все, что мне было нужно, это группа.

Первоначальная задумка состояла в том, чтобы записать сольный альбом. Я нанял несколько студийных музыкантов, включая много повидавшего Винни Колауйта, наиболее заметного своим пребванием в группе Фрэнка Заппы и Mothers of Intervention, и приступил к работе осенью 2003-го. Однако, бизнес, всегда встает на пути музыки. Сольная пластинка была прервана в то время, как я помогал ремастерировать весь каталог Мегадэт. К тому времени, как я вернулся к сольному проекту весной 2004-го, EMI начали серьезно давить на меня, чтобы я выпустил очередной альбом под брендом Мегадэт. Лейбл утверждал, что я свазан контрактными обязательствами выпустить очередную пластинку Мегадэт, прежде чем отправиться в сольное плавание. Вместо того, чтобы втянуться в бесконечный, дорогой, и в конечном счете бесполезный правовой спор, я решил просто взять песни, которые я написал и записал и выпустить их в качестве последней на данный момент и последней пластинки Мегадэт вообще, метко названной ’The System Has Failed’.

Но тогда у меня возникла идея. Если Мегадэт будут возрождены, с новой пластинкой и даже гастролями в поддержку этой пластинки, тогда почему не возродить самый успешный состав Мегадэт? Говоря о коммерческой и творческой составляющей, я подумал, что это было отличной идеей.

Первым, кому я позвонил, оказался Ник Менза, который тут же ухватился за эту возможность.

Ладно, хорошее начало. Один есть, осталось еще двое.

Следующий звонок был Марти Фридману. Мне всегда нравился Марти, я восхищался его гитарными навыками, и даже хотя я был чрезвычайно расстроен его уходом и тем, как он пытался оказывать чрезмерное творческое давление во время записи ‘Risk’, я не питал к нему личную неприязнь. В какой-то мере вы не могли не уважать Марти. Он имел право жить своими фантазиями. Этот парень всегда говорил, что хочет жить в Японии, играть более мейнстримовую музыку и учить других, как играть на гитаре. И это именно то, что он сделал. Можно лишь пожелать ему удачи в этом. Я не хотел оттаскивать Марти от этого на большой отрезок времени. Моя задумка состояла в том, чтобы воссоединить состав Мегадэт времен ’Rust In Peace’ для проведения очень особенного события. Я хотел дать парням возможность пойти в студию и перезаписать ’The System Has Failed’, заменив и, надеюсь, улучшив то, что уже было сделано сессионными музыкантами. Мы бы продали кучу записей, поездили с гастролями, а затем все смогли бы вернуться к своей привычной жизни. Для меня это означало сконцентрироваться на сольной работе.