1) для изображения физической мощи данного лица,
2) для изображения незначительного веса предмета,
3) для символического изображения «имматериального».
Итак, нужно научиться владеть мускулами для искусного обращения с тяжестями в художественных целях и для символического изображения имматериального начала.
Само собой разумеется, что человек в известной мере всегда находится под влиянием имматериального начала, но для того чтобы выразить невещественное, нужны материальные средства: жест или взгляд, устремленные вверх, оторванные от земли.
Материальный вес скрипичной струны, ее крепость, упругость, толщина и длина определяют высоту тона, то есть число колебаний или, другими словами, их скорость.
Упругость и форма вещества влияют на темп его движений.
Каждому веществу, имеющемуся в природе, свойственны свои границы быстроты при движении, индивидуальные границы силы и т. п.
Нельзя безнаказанно переступить эти границы каким бы то ни было способом, иначе действие будет смешным, дисгармоничным, ошибочным. Паровоз может развить больше силы и пройти тот же путь быстрее, но если скорость перейдет известную границу, то появится опасность, что котел лопнет.
Теперь представьте себе движение какой-нибудь грузной человеческой фигуры, спешащей за поездом и, конечно, тщетно старающейся догнать его, — получится впечатление комичное.
Точно так же пластические движения, переходящие за естественные границы быстрого или медленного темпа, безусловно некрасивы.
Для музыки, сопровождающей маршировку, требуется иной темп, чем для той. которая сопровождала бы только мимику лица, или для чистой музыки.
Попробуйте внезапно взглянуть направо (сделать движение одним только глазом, не всей головой) и вместе с тем подвинуть ногу вправо: нога всегда невольно запаздывает.
Я заметил, что все, кто просматривает музыку наших ритмических маршей, не представляя себе при этом движения учеников, часто берут слишком быстрый темп. А тем. кто наблюдает движения марширующих, музыка кажется слишком медленной. На самом деле эта музыка как раз такова, какой она должна быть, она получает жизнь и содержание от своего соединения с пластикой.
Иной ритм и темп нужен для музыки, сопровождающей только жесты, взгляды и позы.
В нас укоренилась привычка всякую музыку без слов считать выражением какого-то внутреннего чувства. Быть может, наше воображение нарисовало бы нам гораздо более определенные образы, если бы мы в связи со столь богатой красками музыкой захотели представить себе игру лица и жесты, а не некие чувства, заключенные в неведомой индивидуальности.
Музыка, написанная для марша, должна побуждать к движениям маршировки, так как в душе композитора вид именно этого рода явлений вызвал определенные музыкальные образы.
Легко можно допустить, что изучение выразительного пластического марша окажет большое влияние на фантазию и композитора, и исполнителя и даст толчок для создания новых художественных музыкальных и пластических форм.
Пластическая природа динамики звуков есть реальный факт. Если это недостаточно ясно бросается нам в глаза, то лишь потому, что существуют формы и движения, размеры коих недоступны нашему глазу. Таковы звуковые колебания.