Все те, кто отрицает наш метод или (что сводится к тому же) сомневаются в нем, безусловно, никогда не пытались проверить его на практике.
Но та боязнь, которую испытывают начинающие, когда сначала им еще не даются упражнения, служит хорошим предвестием — в ней скрывается пробуждение нового сознания. Кто от рождения лишен одного из своих членов, тот не испытывает лишения от невозможности двигать несуществующим членом. Наши современные музыканты, никогда не занимавшиеся специально ритмом, не испытывают потребности ощутить его в своем теле.
Так раковина, приросшая к скале, не грустит о том, что ей не суждено двигаться; птица, рожденная в клетке, ничего не знает о том, как она могла бы летать, и не страдает от того, что ей нельзя весело носиться по вольному простору. Есть ведь такие арестанты, которые из-за своей умственной и физической лености предпочитают сидеть в тюрьме и не стремятся выйти на свободу! Несомненно, и между музыкантами есть такие же «добровольцы заключения». Но мы убеждены в том, что большинство из тех, кто пробовал заниматься ритмической гимнастикой, испытали чувство освобождения всей личности, которое приносят эти занятия.
И все вы, мои уважаемые слушатели, не испытываете ли вы после тех упражнений, которые многие из вас проделали уже довольно успешно, сознание, что вы обладаете силой, которая до сего времени оставалась без применения; что ваши ощущения до сих пор были несовершенными; что вы довольствовались немногим только потому, что не знали и не желали большего; что, если вы вернете своему телу полную меру дееспособности, оно сумеет вполне отдаться музыкальным ощущениям — вполне, а не наполовину; что эти ощущения сильнее будут потрясать ваши нервы и музыка не должна будет как бы насильственно овладевать вами, напротив, все тело будет радостно вбирать в себя музыку, стремиться с нею срастись и слиться воедино?..
Все мы заняты многосложной умственной работой. Орган этой деятельности не всегда, не во всякое время равен самому себе. Он крепнет вместе с деятельностью. Работа нашего мозга никогда не заканчивается. Нет такого старца, каков бы ни был его возраст, который не мог бы еще чему-нибудь научиться, пока он жив. Учиться никогда не поздно. Развивая и совершенствуя орган, управляющий механизмом движения, мы совершенствуем всю нашу духовную жизнь, подымаем ее на высшую сту пень. До сих пор мы развивали только свой слух. Но каждый орган, развиваясь и утончаясь, специализируется, и ему постепенно приходится ограничиваться своей специальной деятельностью. Мы можем превратить все наше тело в аппарат, воспринимающий и отмечающий ритмические знаки. Почему мы требуем от нашего тела восприятия и запоминания одних лишь звуков, а не движений?
Мы можем в уме неслышно думать словами или петь — это знают все. Точно так же мы можем в уме читать ноты и как бы слышать звуки. Что же значит слушать? Схватывать собственным сознанием слышимое и повторять его про себя. В нашем мозгу существуют два различных нервных центра: один воспринимает звуки, другой заведует их воспроизведением. Оба центра неотделимы друг от друга. Это удивительное соединение и слияние есть результат воспитания. Поймите же, что воспитание должно повышать духовные функции, что нервы должны научиться передавать нашему Я все сотрясения удивительного органа, называемого нашим телом, а не только некоторые из них.